История рекламы
Создание рекламы
Основные виды рекламы
Принципы и практика рекламы
Как работает реклама
Эффективность рекламоносителей
Исследование рынка
Расходы на рекламу
Социокультурные измерения рекламы
Маркетинг
Маркетинг:основы теории и практики
Маркетинг и рост фирм
Управление малым бизнесом
Международная экономика
Производственный учёт



Предыдущая     |         Содержание     |    следующая

Международная экономика

Иллюзия большей автономии

Заключительный критический довод состоит в том, что автономия в проведении политики, которую обещали сторонники плавающих курсов, отчасти иллюзорна. Верно, что теоретически плавающий курс дает возможность в течение длительного времени отгораживаться от зарубежной инфляции и позволяет центральным банкам самостоятельно определять денежное предложение. Однако, как утверждается, валютный курс настолько важный макроэкономический показатель, что формирование внутренней кредитно-денежной политики невозможно без учета ее воздействия на него. С этой позиции особенно важной представляется роль валютного курса во внутреннем инфляционном процессе. Обесценение валюты, поднимающее цены на импорт, побуждает рабочих требовать повышения заработной платы, дабы сохранить привычный уровень жизни. Соглашение о более высоких ставках заработной платы отражается на конечных ценах товаров, усиливая инфляцию уровня цен и приводя к дальнейшему повышению заработной платы. Кроме того, обесценение валюты непосредственно поднимает цены на импортные товары, используемые в производстве местной продукции. Следовательно, можно ожидать, что плавающие курсы будут ускорять реакцию уровня цен на расширение денежного предложения. Хотя плавающие курсы предполагают усиление контроля центрального банка над номинальным предложением денег Ms, они не обязательно предполагают соответствующее усиление контроля над другим инструментом политики, который воздействует на занятость и другие реальные экономические показатели, реальным предложением денег Ms/P. Реакция внутренних цен на изменение валютного курса будет особенно стремительной в той экономике, где импорт составляет значительную часть национальной потребительской корзины: в такой стране валютные изменения имеют серьезное влияние на покупательную способность заработной платы рабочих. Скептики отмечают также, что способность плавающих курсов к изолированию весьма ограничена. Они считают, что корректировка плавающего курса в конечном счете будет противодействовать инфляции за рубежом, обусловленной избыточным ростом денежной массы. Однако в мире негибких цен страны все-таки чувствительны к изменениям в денежной сфере за границей, которые воздействуют на процентные ставки и реальные валютные курсы в краткосрочной перспективе. Кроме того, нет оснований хотя бы теоретически полагать, что бюджетная политика одной страны не найдет своего отражения за рубежом. Таким образом, критики плавающих курсов утверждают, что их потенциальные преимущества переоцениваются по сравнению с недостатками. Макроэкономическая политика будет по-прежнему формироваться в условиях ограничений, вызванных необходимостью исключить излишние колебания валютного курса. Но отказавшись от фиксированных курсов, она упустит те преимущества, которые дает международной торговле и инвестициям предсказуемость стоимости валют. Ситуационный анализ валютный курс в период между нефтяными кризисами, 1973-1980 Кто прав сторонники плавающих курсов или их критики? Чтобы попытаться ответить на вопрос, в этом и следующем ситуационном анализе мы рассмотрим, что происходило с плавающими валютными курсами начиная с 1973 г. Однако чтобы не разочаровывать, лучше прямо сказать, что, как это часто бывает в экономической теории, конкретные данные не позволяют вынести вердикт. Хотя ряд предсказаний, сделанных критиками свободного колебания курсов, и подтвердился последующими событиями, остается неясным, смог ли бы режим фиксированных валютных курсов выдержать серию экономических бурь, сотрясавших мировую экономику начиная с 1973 г. первый нефтяной шок и его результаты, 1973-1975

Когда в марте 1973 г. промышленно развитые страны перешли к свободному плаванию своих валютных курсов, официальная группа, представляющая всех членов МВФ, готовила планы восстановления мирового валютного порядка. Этой группе, созданной осенью 1972 г. и получившей название Комитета двадцати, было поручено разработать новую систему фиксированных валютных курсов, свободную от асимметрий Бреттон-Вудской системы. Однако, когда в июле 1974 г. Комитет выпустил свой окончательный "План реформы", возвращение к фиксированным валютным курсам было уже немыслимым из-за переворота, произошедшего на мировом рынке нефти. Цена на нефть и спад 1974-1975ГГ. В октябре 1973 г. разразилась арабо-израильская война. Протестуя против поддержки Израиля со стороны Соединенных Штатов и Нидерландов, арабские государства, входящие в международный картель, объединяющий большинство крупных производителей нефти (ОПЕК), наложили эмбарго на поставки нефти в эти две страны. Опасаясь более серьезного срыва нефтяных поставок, покупатели старались накопить предупредительные запасы и предлагали более высокую рыночную цену нефти. Ободренные таким развитием событий на нефтяном рынке, страны ОПЕК назначили более высокую цену для своих основных клиентов, крупных нефтяных компаний. К марту 1974 г. цена на нефть возросла в четыре раза по сравнению с предшествовавшим войне моментом: с 3 до 12 долл. за баррель.

Значительный рост цены на нефть поднял цены на энергию, уплачиваемые потребителями, повысил эксплуатационные затраты энергопотребляющих фирм, а также сказался на ценах неэнергетических нефтеемких продуктов, таких, как пластик. Чтобы понять значение этого роста цен, представьте, что производители нефти из ОПЕК обложили большим налогом импортеров нефти. Нефтяной шок имел тот же макроэкономический эффект, что и одновременное повышение налогов на потребителей и бизнес: потребление и инвестиции сократились повсеместно, и в мировой экономике наступил спад. Рост цен, увеличивший долговые обязательства по импорту импортеров нефти, увеличил и дефицит баланса текущих операций многих стран. Общее сальдо счета текущих операций промышленно развитых стран, взятых в целом, изменилось с 20,3 млрд. долл. в 1973 г. до 10,8 млрд. долл. в 1974 г., а общее сальдо счета текущих операций слаборазвитых стран, не являющихся основными экспортерами нефти, изменилось с 11,3 до 37,0 млрд. долл. Увеличение дефицита баланса текущих операций этих двух групп соответствует росту положительного сальдо счета текущих операций главных экспортеров нефти. Совокупное положительное сальдо счета текущих операций этих стран возросло между 1973 и 1974 гг. с 6,7 до 68,3 млрд. долл. (Данные о балансах по текущим операциям трех основных групп стран за период 1973-1986 гг. приводятся в табл. 23.2)*. ускорение инфляции. Модель, с которой мы имели дело в гл. 14-18, предполагает, что инфляция увеличивается во время бумов и сокращается во время спадов. Однако, когда в 1974 г. в мире наступил глубокий спад, во многих странах ускорилась инфляция (см. табл. 20.1), а в некоторых из них темпы инфляции возросли почти вдвое, несмотря на увеличение безработицы.

Что же произошло? Важную роль сыграл нефтяной кризис как таковой: непосредственно поднимая цены нефтяных продуктов и увеличивая издержки энергопотребляющих отраслей, рост цены нефти вызвал скачок уровня цен. Кроме того, повсеместно нараставшее с конца 1960-х гг. инфляционное давление отражалось на процессе установления ставок заработной платы и продолжало способствовать инфляции, несмотря на ухудшение картины занятости. Те же самые инфляционные ожидания, которые подстегивали новые договоры о ставках заработной платы, оказывали также дополнительное давление на товарные цены, когда спекулянты накапливали запасы товаров, на которые ожидали повышения цен. И наконец, так случилось, что нефтяной кризис был не единственным нарушением предложения, имевшим место в это время. С 1972 г. совпадающие неблагоприятные изменения предложения подняли цены на продукцию сельского хозяйства и тем самым способствовали общей инфляции. К этим нарушениям предложения относятся уменьшение урожаев в Соединенных Штатах и Советском Союзе; недопоставки сахара и какао, таинственное исчезновение привычной доли перуанских анчоусов в структуре питания. Может показаться, что анчоусы важны лишь для потребителей пиццы и цезарского салата, однако они имеют большое значение и для фермеров, поскольку используются в качестве рыбной пищи, скармливаемой домашнему скоту. Резкое сокращение улова анчоусов привело к серьезному росту цен на альтернативные виды корма, представленные зерновыми культурами (в основном на кукурузу и соевые бобы). стагфляция. Для описания необычных макроэкономических условий 1974-1975 гг. экономисты ввели новый термин, получивший с тех пор широкое распространение стагфляция, означающий сочетание стагнации производства и высокой инфляции. Стагфляция была порождена двумя факторами:

1. Увеличением товарных цен, которые непосредственно усиливали инфляцию и в то же время

сокращали совокупный спрос и предложение.

2. Ожиданием будущей инфляции, воздействовавшей на ставки заработной платы и другие цены,

несмотря на спад и растущую безработицу.

Еще до вызванного нефтяным кризисом потрясения переход к плавающим курсам предоставил промышленно развитым государствам возможность проводить более ограничительную кредитно-денежную и бюджетную политику, направленную на сдерживание растущей инфляции. Замедление роста денежной массы в обращении было особенно серьезным в Германии: Бундесбанк использовал свой вновь обретенный контроль над денежным предложением для сокращения ежегодного темпа роста массы денег с 14,7% в 1972 г. до всего лишь 2,6% в 1973 г. (ср. табл. 19.2 и 20.2). Существенное замедление расширения денежной массы имело место и в Соединенных Штатах, где Федеральная резервная система позволила денежному предложению возрасти только на 5,6% в 1973 г. и 4,4% в 1974 г., тогда как в 1972 г. его рост составил 9,2% (см. рис. 19.3 и табл. 20.2). Эта политика, носившая изначально ограничительный характер, способствовала углублению спада 1974-1975 гг.

восстановление внутреннего и внешнего равновесия. В результате шоков на товарных рынках большинство импортеров нефти оказалось дальше от внутреннего и внешнего равновесия, чем в 1973 г., когда было введено свободное плавание валютных курсов. Государства не пожелали

отказаться от преимуществ переключения расходов, предоставляемых гибким валютным курсом, и возложить на кредитно-денежную политику задачу поддержания фиксированных курсов. Никакое обязательство относительно фиксированных курсов не могло быть выполнено в период, когда в странах существовали столь различные темпы инфляции и шоки, постоянно менявшие издержки производства. Спекулятивные атаки, подорвавшие систему фиксированных курсов, быстро свели бы на нет любую попытку вновь зафиксировать паритеты. Каким образом государства использовали имеющиеся в их распоряжении инструменты для восстановления внутреннего и внешнего равновесия? По мере углубления спада в течение 1974 и начала 1975 гг. большинство правительств переходило к экспансионистской бюджетной и кредитно-денежной политике. Как показано в табл. 20.2, реакцией центральных банков семи крупнейших промышленно развитых стран на увеличивающуюся безработицу было ускорение темпов роста денежной массы в период 1974 и 1975 гг. В результате во второй половине 1975 г. в большинстве промышленно развитых стран наступило заметное оживление производства. Одновременно начала спадать инфляция (см. табл. 20.1). Однако даже в условиях оживления производства безработицу в промышленно развитых странах, к сожалению, не удалось вернуть на уровень, существовавший до спада.

Имевшийся в 1974 г. дефицит баланса текущих операций индустриальных стран, взятых в целом, в 1975 г. по мере сокращения расходов обернулся избытком. В 1976 г. сальдо счета текущих операций приблизительно было равно нулю. В странах ОПЕК, которые не смогли увеличить расходы достаточно быстро, чтобы поглотить возросшие доходы, в 1975 и 1976 гг. имело место существенное положительное сальдо счета текущих операций. Но оно уравновешивалось дефицитом импортирующих нефть развивающихся стран. Поскольку ненефтедобывающие развивающиеся страны не сокращали свои расходы столь резко, как сделали индустриальные государства, рост ВНП развивающихся стран в целом не стал отрицательным в 1975 г., как это произошло во многих развитых государствах. Развивающиеся страны осуществляли частичное покрытие своего нефтяного дефицита путем заимствования средств, которые страны ОПЕК депонировали в финансовых центрах индустриальных стран. Такое "рециклирование" избытка стран ОПЕК в 1974-1975 гг. представляет собой важный элемент проблемы долга развивающихся стран и роста международных рынков капитала (см. гл. 22-23).

Многие экономисты и политики считают приспособление международной экономики к первому нефтяному кризису успехом системы плавающих валютных курсов. Освободившись от необходимости поддерживать фиксированный валютный курс, каждая из стран выбирала такую кредитно-денежную и бюджетную политику, которая в наибольшей степени соответствовала ее целям. Соединенные Штаты и Германия смогли ослабить контроль за переливом капиталов, который они установили до 1974 г. Это облегчило проблему восстановления равновесия для развивающихся стран, которые получили больше возможностей для получения кредитов на финансовых рынках развитых государств с целью поддержания уровня и темпов экономического роста. В свою очередь относительное усиление спроса развивающегося мира на экспорт индустриальных стран способствовало смягчению глубины спада 1974-1975 гг. рамбуйе и ямайка: изменение устава мвф, 1975-1976

Поскольку плавающие курсы хорошо себя зарекомендовали в неблагоприятных условиях, правительства промышленно развитых стран объявили в конце 1975 г., что собираются сохранить свободное плавание валютных курсов на неопределенно длительное время. На встрече в Шато де Рамбуйе под Парижем, ставшей первой из серии ежегодных встреч на высшем уровне, лидеры основных индустриальных стран призвали изменить Устав МВФ с учетом реальности плавающих валютных курсов. Государства-участники договорились бороться с "беспорядочным плаванием" валютных курсов, но не приняли никаких документов относительно возврата к фиксированным паритетам. Вслед за принятым в Рамбуйе решением директора МВФ встретились в январе 1976 г. в Кингстоне на Ямайке, чтобы пересмотреть IV статью Устава МВФ, определяющую порядок установления валютных курсов. Новая статья IV в неявной форме одобрила свободное плавание курсов, предоставив каждой стране-члену выбирать любую валютную систему. Государствам предписывалось проводить макроэкономическую политику, обеспечивающую стабильность цен и рост экономики, и воздерживаться от "манипулирования валютными курсами.... с целью получения нечестных конкурентных преимуществ по отношению к другим членам", как это было в межвоенный период, когда многие страны проводили обесценение валюты по принципу "разоряй соседа". Но более детализированных ограничений политики входящих в МВФ стран не предусматривалось.Обновленная статья IV вменяла в обязанность МВФ следить, чтобы валютная политика государств-членов соответствовала новым принципам. Хотя такой "надзор" за валютной политикой имел более широкую сферу применения, чем обусловленность предоставления кредитов МВФ, так как охватывал и страны, не обращающиеся в Фонд за ссудами, механизма, позволяющего Фонду реально воздействовать на политику не берущих займов стран, создано не было. Поэтому на практике новая статья всего лишь санкционировала то, что уже существовало почти три года схему децентрализованного формирования политики, где каждая страна делает то, что считает соответствующим собственным интересам.

слабый доллар, 1976-1979 Когда в конце 1976 г. оживление после спада 1974-1975 гг. замедлилось, а безработица продолжала оставаться устойчиво высокой, США призвали два других индустриальных гиганта, Германию и Японию, присоединиться к ним в проведении экспансионистской политики, которая должна была вытащить мировую экономику из застоя. Только в июле 1978 г. на встрече на высшем уровне в Бонне, когда Германия и Япония стали меньше опасаться инфляции, чем два года назад, они согласились присоединиться к США в качестве "локомотивов" мирового экономического роста. До этого США пытались играть эту роль в одиночку и их политика, хотя и понизила значительно уровень безработицы в США (с 8,3% в момент спада в 1975 г. до 6,0% в 1978 г.), отдала экономику во власть инфляции и привела к дефициту баланса текущих операций страны. В отличие от Америки инфляция в Германии и Японии к 1978 г. была на относительно невысоком уровне (см. табл. 20.1). В результате этого дисбаланса в политике (энергичная экспансия в Соединенных Штатах шла не в ногу с экспансией за рубежом) в 1976 г. началось резкое падение курса доллара, что иллюстрирует рис. 20.3, где показаны как номинальные, так и реальные индексы эффективного валютного курса доллара. Эти индексы измеряют соответственно цену доллара, выраженную через корзину иностранных валют, и цену объемов производства США, выраженную через корзину объемов производства зарубежных стран. Следовательно, рост каждого из показателей означает (номинальное или реальное) повышение стоимости доллара, а их падение означает обесценение. Обесценение доллара означало удорожание немецкой марки и иены, что оказывало дефляционное давление на экономику Германии и Японии, переключая совокупный спрос с экспорта этих стран на экспорт США. Для противодействия такого рода отрицательному эффекту на экономику Бундесбанк и Банк Японии проводили масштабную интервенцию на валютном рынке, скупая доллары и выпуская в обращение собственные валюты. Валютная интервенция помогает понять причины стремительного роста денежного предложения в 1977-1978 гг. в Германии и в 1978 г. в Японии (см. табл. 20.2). В 1979 г. после проведения экспансионистских мероприятий, обещанных на встрече на высшем уровне в Бонне, безработица сократилась и в Японии, и в Германии. Наблюдая увеличивающийся разрыв в темпах инфляции между США и другими странами, международные инвесторы мало доверяли будущей стоимости доллара. Кроме того, ослабление позиций доллара способствовало инфляции в Америке, повышая цены на импортную продукцию и усиливая инфляционные ожидания сторон, договаривающихся о ставках заработной платы. Для восстановления доверия к доллару президент Картер назначил нового председателя Совета Федеральной резервной системы, обладавшего большим опытом в области международных финансов Пола А. Волкера. Позиции доллара на валютном рынке оставались слабыми до тех пор, пока в октябре 1979 г. Волкер не объявил об ужесточении кредитно-денежной политики США и введении Федеральной резервной системой более строгой процедуры контроля за ростом денежного предложения. Валютная интервенция, проводимая Германией и Японией в 1977-1978 гг., наряду с резким поворотом в кредитно-денежной политике США в 1979 г. иллюстрирует справедливость одного из положений, выдвинутых критиками плавающих валютных курсов. Правительства не могут проявлять безразличие к поведению валютных курсов и неизбежно жертвуют частью своей автономии при проведении политики в других областях для предотвращения изменений валютных курсов, которые с их точки зрения наносят ущерб экономике.

второй нефтяной кризис, 1979-1980 Падение шахского режима в Иране еще больше подорвало нефтяной экспорт из этой страны и спровоцировало второй раунд увеличения цен на нефть. По мере того как импортеры увеличивали запасы нефти, чтобы защититься от возможного сокращения поставок, цены за баррель нефти возросли приблизительно с 13 долл. в 1978 г. примерно до 32 долл. в 1980 г. Как и после кризиса в 1973-1974 гг., нефтеимпортирующая экономика столкнулась со стагфляцией. Как показывает табл. 20.1, между 1978 и 1980 гг. во всех промышленно развитых странах резко ускорилась инфляция. В большинстве случаев рост производства замедлялся, а безработица росла, но не так постоянно и драматично, как во время первого нефтяного кризиса. Импортирующие нефть развивающиеся страны подобно развитым государствам испытали повышение инфляции вместе с замедлением роста. Как и во время предыдущего нефтяного кризиса, индустриальные страны как отдельная группа имели дефицит счета текущих операций, который затем сократился; развивающиеся страны, не производящие нефть, вместо корректирующего сокращения расходов испытывали устойчиво высокий дефицит. Но в отличие от первого раунда повышения цен на нефть позже, в 1980-х гг., дефицит развивающегося мира привел к серьезным проблемам в мировой финансовой системе.

В 1975 г. в ответ на первый нефтяной кризис индустриальные страны проводили экспансионистскую кредитно-денежную и бюджетную политику. Их реакция на второй нефтяной шок была совсем иной. В течение 1979 и 1980 гг. большинство основных индустриальных стран ограничивало рост денежной массы, пытаясь противостоять ускорению инфляции, сопровождающему повышение цены нефти. Одновременно некоторые страны предприняли ограничительные шаги в бюджетной политике. Получив урок борьбы с инфляцией в начале 1970-х гг., центральные банки теперь опасались, что нарастание инфляции в 1978-1980 гг. будет трудно остановить, если позволить ему воздействовать на инфляционные ожидания и процесс установления заработной платы. Резкое обесценение доллара после 1976 г. стало, как мы уже видели, дополнительным поводом проведения ограничительной кредитно-денежной политики в США. Борьба с инфляцией дорого стоила с точки зрения занятости и производства. К 1981 г. безработица шагнула вверх (см. табл. 20.3), а ограничительная макроэкономическая политика блокировала существенное оживление производства. Фактически восстановление после нефтяного шока лишь едва началось, когда в 1981 г. мировая экономика погрузилась в самый глубокий со времен Великой депрессии 1930-х гг. спад.

Двухстрановая модель макроэкономической взаимозависимости при плавающем курсе Прежде чем перейти к обсуждению взаимодействия Соединенных Штатов с остальным миром в 1980 и 1990-х гг., мы построим модель, позволяющую анализировать передаточный механизм, который связывает политику двух стран в условиях плавающего курса. Модель представляет краткосрочный период, при котором цены на продукцию допустимо считать постоянными. Представьте, что в мире существует только две страны Отечество и Заграница. В предыдущих моделях баланс текущих операций нашей страны записывался как функция ее реального валютного курса и дохода. Однако в действительности уровень ВНП за границей влияет на зарубежный спрос на наш экспорт и, следовательно, на баланс текущих операций Отечества. Модель, представленная в гл. 17 и 18, неявно предполагала, что наша страна слишком мала, чтобы влиять на доход за границей, уровень которого мы считали постоянным. Модель не может адекватно описывать макроэкономическую взаимозависимость национальных экономик до тех пор, пока она не расширена до включения больших стран, подобных Соединенным Штатам. В качестве первого шага в направлении такого расширения предположим, что баланс текущих операций Отечества является функцией реального валютного курса

, ее собственного располагаемого дохода

и располагаемого дохода Заграницы

,

где

объем производства у Заграницы, а

налоги в ней. Величина Е представляет собой цену валюты Заграницы, выраженную в единицах валюты Отечества, а

реальный валютный курс, цену объема производства Заграницы, выраженную через объем производства Отечества. Тогда баланс текущих операций Отечества будет: Предполагается, что реальное обесценение местной валюты (рост соотношения

) ведет к увеличению сальдо счета текущих операций, тогда как повышение располагаемого дохода в нашей стране ведет к его сокращению. Наша предыдущая модель не принимала во внимание воздействие располагаемого дохода Заграницы на баланс текущих операций нашей страны, но, используя модель двух взаимодействующих экономик, мы должны выяснить, как рост

влияет на С А. Поскольку рост располагаемого дохода Загра-

ницы расширяет зарубежные расходы на наши товары, он увеличивает наш экспорт. Следовательно, повышение располагаемого дохода Заграницы влечет за собой улучшение баланса текущих операций а. Совокупный спрос на местную продукцию, как обычно, слагается из внутренних расходов

и баланса текущих операций в стране С А. Поэтому совокупный спрос равен совокупному предложению в Отечестве, когда

Баланс текущих операций Заграницы С А" также зависит от относительных цен на местную и зарубежную продукцию и от располагаемого дохода в обеих странах. Положительное сальдо счета текущих операций Отечества должно быть в точности равно дефициту счета текущих операций Заграницы, если оба баланса измеряются в одинаковых единицах. Коль скоро наш экспорт есть зарубежный импорт, а наш импорт есть зарубежный экспорт, то всякий избыток нашего экспорта обязательно совпадает с соответствующим приростом зарубежного импорта. Баланс текущих операций Заграницы, выраженный через ее объем производства, будет:

Разделив СА на реальный валютный курс

, цену зарубежного объема производства в терминах местного объема производства, мы переведем его в единицы зарубежного объема производства, которые использовались для измерения СА. Ясно, что рост дохода внутри страны за счет ухудшения баланса текущих операций в Отечестве СА улучшает

. Аналогичным образом рост дохода у Заграницы ухудшает СА*. Хотя воздействие изменения

на СА* сложнее, мы допускаем, что увеличение

соотношения

(относительное удешевление местной продукции) ведет к сокращению СА и одновременному увеличению СА3. Спрос равен предложению ла рынке выпускаемой продукции Заграницы, когда Исходя из временной предпосылки, что реальный валютный курс

постоянно находится на заданном уровне, рис. 20.4 показывает, каким образом определяются местный и зарубежный уровни производства. Линия НН отражает уровни отечественного и зарубежного производства, при которых совокупный спрос равен совокупному предложению в Отечестве. НН имеет положительный наклон, так как рост

увеличивает отечественный экспорт, расширяя совокупный спрос и вызывая дальнейшее повышение уровня национального производства

. Линия

отражает уровни объемов отечественного и зарубежного производства, при которых совокупный спрос равен совокупному предложению Заграницы. Подобно НН положительный наклон имеет и

: рост

расширяет спрос на зарубежный экспорт, и объем зарубежного производства

должен возрасти, чтобы

удовлетворить увеличившийся совокупный спрос. На пересечении НН и FF (точка 1) совокупный спрос и предложение равны в Отечестве и Загранице при заданном реальном валютном курсе.

Обратите внимание: наклон

больше, чем

, что объясняется более сильным воздействием роста объема производства в стране на отечественный рынок. Следовательно, для НН необходимо более значительное увеличение

, чтобы устранить воздействие дополнительного предложения отечественной продукции, вызванного ростом

. Аналогичным образом для

требуется более значительное увеличение

для восстановления равновесия на зарубежном рынке после того как

возрос4. Изменения в национальной и зарубежной бюджетной политике путем изменения объемов государственных закупок Си

и величины чистых налогов Г и

означают смещение линии. Кроме того бюджетная политика воздействует на НН и FF посредством изменения валютного курса £ . Национальная бюджетная экспансия ведет к уменьшению величины Е (удорожанию национальной валюты по отношению к иностранной), тогда как зарубежная бюджетная экспансия вызывает возрастание величины Е (обесценение национальной валюты по отношению к иностранной). Кредитно-денежная политика также приводит к изменению обеих кривых, влияя на валютный курс. Кредитно-денежная и бюджетная политика в наибольшей степени повлияли на то, что происходило с валютными курсами в последнее время. Теперь мы будем использовать нашу двухстрановую схему для описания этих событий.

Ситуационный анализ дефляция, подъем и глобальный спад, 1980-1993

После 1980 г. в мировой экономике произошел ряд важных изменений. Позитивным было сокращение инфляции во всем промышленно развитом мире до самого низкого уровня со времен Бреттон-Вудской системы (см. табл. 20.4). Стабильность цен была наконец в некоторой степени восстановлена. Однако негативные события этого периода были настолько серьезными, что поставили под угрозу относительно свободную мировую торговлю и финансовую систему, которая с таким трудом создавалась после Второй мировой войны. Временами казалось, что международное сообщество находится на грани повторения экономической трагедии межвоенных лет. Многие экономисты стали рассматривать плавающие валютные курсы как главную причину неурядиц в мировой экономике и требовать ограничения гибкости валютных курсов.