История рекламы
Создание рекламы
Основные виды рекламы
Принципы и практика рекламы
Как работает реклама
Эффективность рекламоносителей
Исследование рынка
Расходы на рекламу
Социокультурные измерения рекламы
Маркетинг
Маркетинг:основы теории и практики
Маркетинг и рост фирм
Управление малым бизнесом
Международная экономика
Производственный учёт



Предыдущая     |         Содержание     |    следующая

Международная экономика

Экономика агломераций и неравномерное развитие

В сравнительно бедной стране всегда существуют значительные различия в доходах между регионами. Например, в Бразилии доход на душу населения индустриального урбанизированного Юго-Востока превосходит соответствующий показатель для менее развитых Северо-Восточных районов в три раза. В Мексике федеральный округ вокруг города Мехико и индустриальные районы вдоль границы с США имеют доход на душу населения, в четыре раза превышающий соответствующий доход на юге страны. В развитых странах, рабочая сила у которых более подвижна, различия в доходах далеко не так велики. Вместо этого там наблюдается весьма неравномерное географическое распределение населения. В такой большой стране, как Соединенные Штаты, где природные ресурсы широко рассредоточены, большая часть населения сконцентрирована в нескольких "поясах городов", при этом 25% живет в практически непрерывной цепочке городов, протянувшейся от Бостона до Вашингтона. Почему же богатство и население так сильно концентрируются географически? Трудно оспаривать утверждение, что сильная концентрация населения в "коридоре" Бостон Вашингтон или в Долине Мехико произошла по причине их выгодного географического положения. Наоборот, географы отмечают немало случаев постепенного усиления незначительных преимуществ того или иного пункта на карте, возникших в силу исторической случайности. Такие самоусиливающиеся процессы часто называют примерами кумулятивной причинности. Наиболее ярко кумулятивная причинность выражается во взаимодействии эффекта масштаба (который мы изучали в гл. 6), транспортных издержек и подвижности рабочей силы. Этот процесс, наверное, лучше рассмотреть на простом примере. Предположим:

1. Существуют два региона Восток и Запад.

2. Существует несколько фирм, каждая из которых производит определенный товар.

3. Каждая из фирм в совокупности продает 10 млн. единиц этого товара.

4. Перевозка единицы товара из Востока на Запад и наоборот обходится в 1 долл.

5. Эффект масштаба достаточно велик для того, чтобы несмотря на транспортные расходы каждая фирма сочла рациональным построить только один завод для обеспечения обоих регионов.

6. Из 10 млн. единиц каждого товара 60% (т.е. 6 млн. единиц) продается потребителям, которые равномерно распределены по регионам и не обладают подвижностью. Остальные 40% (т.е. 4 млн. единиц), однако, продаются другим фирмам или людям, работающим на них. Таким образом, территориальное распределение этих продаж зависит от того, где разместит производство та или иная фирма. Если все фирмы выберут Восток, любая из них будет продавать 7 млн. единиц в регионе размещения: 3 миллиона потребителям Востока, не обладающим подвижностью, а 4 млн. фирмам и их рабочим на Востоке. Только 3 млн. единиц будет продано не обладающим подвижностью потребителям Запада.

7. Фирмы выбирают место размещения таким образом, чтобы минимизировать транспортные расходы по доставке своей продукции потребителям.

С учетом предположения п. 6 выбор любой фирмой места расположения зависит от того, что она собирается делать. Если все фирмы выберут для размещения Восток, там же они будут продавать большую часть продукции, и соответственно Восток станет для фирм наилучшим местом размещения. И наоборот, если все фирмы предпочтут для размещения Запад, то и для нашей фирмы наилучшим местом станет Запад. В табл. 8.2 показано, как транспортные расходы такой фирмы зависят не только от ее размещения, но и от выбора места размещения другими фирмами. Поскольку фирма минимизирует транспортные расходы, размещаясь поближе к потребителям своей продукции, каждая фирма захочет размещаться там же, где размещены другие фирмы. Конечно, концентрация фирм в любом районе, однажды сложившись, затем будет самоподдерживающейся. Разберемся, что же по существу происходит в этом примере. Мы рассмотрели экономику, в которой эффект масштаба достаточно велик, чтобы побуждать все фирмы сосредоточить производство в одном месте, а транспортные издержки таковы, что фирмы предпочитают размещать производство поближе к основному рынку сбыта. Но основной рынок в свою очередь будет размещаться там, где разместится большое количество других фирм. Предположим, что по тем или иным причинам у одного региона исходная промышленная база больше, чем у другого. Тот регион, в котором расположена большая часть фирм и который соответственно обладает большим рынком, будет привлекать фирмы из другого региона, еще более увеличивая свое преимущество большего рынка и т. д. Этот замкнутый процесс кумулятивной причинности, очевидно, приведет к концентрации промышленности только в одном регионе. Существуют параллели между этой концепцией кумулятивной причинности и нашим рассуждением о внешних экономиях как причине специализации в гл. 6. В самом деле, эффект размера рынка, о котором говорилось выше, может рассматриваться как эффект внешней экономии, который может усиливаться другими внешними экономиями, вызванными, в частности, перетоком научных знаний, преимуществами обширных рынков труда и т.д. Внешние экономии, связанные с концентрацией промышленности в каком-либо определенном месте, играют важную роль в региональной экономике и экономике городов и отображаются специальным термином эффект агломераций. В гл. 6 уже показано, что если внешние экономии играют в торговле большую роль, распределение производителей по видам деятельности в значительной степени определяется историческими факторами. Например, большая концентрация населения на "главной улице" Северо-Востока США совершенно очевидно определяется не природными ресурсами, а тем, что исторически европейские переселенцы в XVII и XVIII вв. первоначально оседали на Восточном побережье и соответственно первые городские и промышленные центры возникали именно там. Внутри этого пояса городов Нью-Йорк остается крупнейшим в значительной степени потому, что в 1920 г. река Гудзон (впадающая в море в районе Нью-Йорка) была связана с Великими озерами каналом Эри. Почему же возможность неравномерного развития выдвигает проблему для экономической политики? Выше мы продемонстрировали, что в том случае, когда изменения в

абсолютных преимуществах приводят к сокращению занятости в некоторых регионах, это может вызвать социальные и экономические трудности. Конечно, региону может просто не повезти исторически, как это случилось с Центральными Аппалачами после упадка угольной промышленности. Но теория неравномерного развития утверждает, что упадок региона это не просто результат невезения: некоторые регионы выигрывают за счет остальных в результате процесса, развивающегося с определенными закономерностями. Проблемы, которые порождает неравномерное развитие, могут быть прослежены на примере ситуации, сложившейся в Италии. За объединением Италии в 1860 г. последовало возрастание разницы в уровнях экономического развития между модернизирующимся Севером и отсталым Югом, который итальянцы называют "Меццоджиорно". Со времени Второй мировой войны Юг получил массированную помощь от Севера, но так и остался бедным. Эта бедность породила распространение преступности и коррупции. В последние годы по мере того как вся Европа стала переживать растущие экономические трудности, все большее число жителей Севера Италии чувствуют неприязнь к Меццоджиорно, рассматривая его как насос, откачивающий с Севера доходы, и инструмент дурного влияния на политику страны. Недаром Ломбардская Лига политическая партия, которая хочет отделить влиятельный Север от бедного Юга, завоевала на недавних выборах большое количество голосов избирателей.

Пример Италии в последнее время стал занимать умы германских политиков в результате воссоединения Германии. Появился страх, что бывшая Восточная Германия превратится в немецкий Меццоджиорно, промышленные фирмы предпочтут остаться в передовых западных землях, туда же переедут наиболее квалифицированные и инициативные работники с Востока, оставив за собой вечно отсталый регион.

Опыт Соединенных Штатов, однако, доказывает, что те силы, которые способствовали неравномерному развитию, не всегда будут оказывать одинаково сильное влияние. В начале XX столетия экономика Соединенных Штатов характеризовалась большим перепадом уровней регионального экономического развития. Основная масса американской обрабатывающей промышленности группировалась в так называемом "промышленном поясе" на Северо-Востоке и в районе Великих озер. В то же время Южные штаты оставались бедной аграрной зоной. После Второй мировой войны, однако, произошло существенное рассредоточение обрабатывающей промышленности в штаты "солнечного пояса", т.е. на Юг и Запад, и в результате различия в доходах на душу населения между штатами выровнялись. Почему же произошло рассредоточение промышленности в США? Географы видят две причины: во-первых, рынок стал достаточно обширен для создания большего количества заводов оптимального размера, а во-вторых, появление новых видов транспорта, таких, как воздушный и автомобильный, и улучшение дорожной сети сократило транспортные издержки на одну милю расстояния. Вспомним допущения, принятые в анализе ситуации в табл. 8.2. Мы предполагали, что эффект масштаба побуждал фирму к сосредоточению производства на одном заводе. В конце XIX в. многие фирмы действительно имели лишь несколько заводов, обеспечивавших весь американский рынок. Но по мере того как рынок рос, и стало возможным сооружение большого числа заводов оптимального размера в различных частях страны, фирмы рассредоточивались в целях лучшего охвата рынка. Например, автомобильные компании основали сборочное производство в каждом регионе, вместо того чтобы производить все автомобили в районе Детройта. Производители шин, которые должны поставлять свою продукцию непосредственно на заводы, последовали за ними. Сокращение транспортных издержек уменьшило стимул для фирм тесниться друг к другу. Раньше такие отрасли, как текстильная промышленность, стремились держаться места своего происхождения на Северо-Востоке и промышленном Среднем Западе рядом со своими традиционными поставщиками и потребителями. По мере уменьшения транспортных расходов некоторые из них переместились на большое расстояние, например, в южные штаты, в которых земля и труд стоили дешевле. В Европе экономисты выбирают между двумя противоположными моделями развития итальянской, в рамках которой политическое и экономическое объединение почти ничего не дало для сближения регионов, и американской, которая дала столь сильное выравнивание развития регионов, что разница в уровнях почти исчезла. В Европейском Сообществе имеется большое количество "периферийных" регионов Ирландии, Португалии, значительная часть Испании, Южной Италии и Греции, где средний доход на душу населения не достигает и половины уровня остальных членов Сообщества. Что же будет с этими регионами, относительно более отдаленными от рынков? Эти регионы уже получают помощь от всего Сообщества в виде создания так называемых "фондов согласования", из которых финансируется строительство дорог, телефонных сетей, школ и других объектов инфраструктуры, которые призваны способствовать развитию. Некоторые европейские лидеры призывают к существенному увеличению этих фондов. Но на момент написания данной книги богатые страны не выразили готовности содействовать существенному увеличению помощи.